«По Чубайсу, а не по уму». Почему Запад ждет краха России к 2030 году

К 2030 году Россия рухнет, уверен Запад, но, похоже, он ошибается в расчетах. Экономист Михаил Делягин, научный руководитель Института проблем глобализации, рассказывает RTVI, в чем прочность России и почему она деградирует медленнее своих противников.

В настоящее время положение России с точки зрения «коллективного Запада» (при всех его внутренних противоречиях) внешне выглядит безысходным, вполне оправдывающим его агрессивные притязания. В силу своего разложения он не учитывает качественной динамики и потому продолжает надеяться выйти из нынешнего витка глобального кризиса за счет нашего уничтожения.

Сохранение созданной в 1990 году модели ключевой части бюрократии отечественной сборки, ориентированной на разграбление советского наследства, легализацию награбленного в качестве личных богатств и вывоз его в фешенебельные страны, при исчерпании и материального (ознаменованного дефолтом 1998 года), и организационного (ознаменованного реформами железных дорог и электроэнергетики «по Чубайсу, а не по уму»), и социального (ознаменованного повышением пенсионного возраста) советского капитала, действительно несовместимо с сохранением России.

Результатом стало фактическое прекращение экономического и промышленного роста и переход инвестиций от существенного уверенного роста к драматическому спаду, который не удается скрыть даже занижением инфляции.

Нехватка средств в бюджете, вызванная разрушением производительных сил, в силу бухгалтерской ограниченности и либеральной ориентации на интересы финансовых спекулянтов (в конечном итоге Англии) преодолевается не переходом к их развитию, а усугублением их разрушения ростом фискального и административного бремени. При этом олигархические структуры решают проблему ограничения спроса разрушением (руками бюрократии, при помощи усиления налогового и административного давления) малого и среднего бизнеса, в совокупности воспринимаемого как опасный конкурент.

При этом в рамках британского проекта разрушения цивилизации (отбрасывания человечества в прошлое, чтобы финансовые спекулянты из пережитка вновь стали светлым будущим), исходя из удобства коррупции, в интересах олигархического бизнеса и в порядке реализации власти этнических диаспор осуществляется массовый завоз принципиально неинтегрируемых мигрантов. Он создает предпосылки для масштабной этнической чистки («русореза») и вызывает ненависть коренного населения к власти.

В силу либеральной политики дебилизации населения бюрократия во многом утратила способность преследовать содержательные, а не закрепленные в оторванных от реальности KPI цели и сознавать последствия собственных действий.

При этом психологические шоки «коронабесия» и начала СВО преодолены, и управляющая система убеждена в своей правоте на основе эффектных, но локальных успехов в производстве новых вооружений и в поддержании систем жизнеобеспечения.

Осознание этого вызывает у самых разных сил Запада уверенность в скором (к 2030 году, в результате синхронного нападения Европы снаружи и «русореза» внутри) крахе России.

Прочность России, недооцененная Западом, зависит от нескольких факторов:

1. специфики русской культуры, носители которой сознают государственность как единственно возможную форму своей жизни и потому склонны терпеть, а в кризисах инициативно поддерживать ее без попыток насильственно преобразовать (для либералов это «рабский характер» русских);
   скрытого и не учитываемого поверхностным наблюдением запаса мощностей и компетенций (проявившегося, например, в развитии ВПК и в цифровизации, при всех ее проблемах);
2. скрытой жесточайшей конкуренции хозяйственно-властных группировок, поддерживающей намного более высокое, чем видно в публичных действиях, качество государственной и корпоративной бюрократии;
3. высокого по сравнению с Западом качества миграции: люди во многом едут сюда не паразитировать, а трудиться (даже в нелегальных сферах), что обеспечивает их неизмеримо большую конструктивность, чем у европейских мигрантов (по которым на Западе судят о российских);
4. интегрирующей силы русской культуры, которая охватывает значительную часть даже воспитываемых в духе крайнего и агрессивного шовинизма мигрантских масс;
5. фундаментального значения России как противовеса Западу для незападных цивилизаций, обеспечивающего их поддержку в критические моменты (так, КНДР не могла прислать войска в Россию без как минимум согласия Китая).

Наконец, Запад игнорирует функцию России как источника продолжения прогресса человечества (внешне выглядящую как функция «генератора ошибок»), не позволяющую нас уничтожить в случае наличия у него инстинкта самосохранения.

И, конечно же, Запад недооценивает свои проблемы:

1. динамику и глубину разложения Запада, который в силу системного кризиса не соберет необходимые для нападения на нас ресурсы даже с учетом преувеличения нашей слабости;
2. динамику разложения Европы (включая Англию), новые этнические доминанты которой будут использовать нападение на Россию не для получения своего заведомо незначительного куска при ее грабеже, а для слома прежней европейской структуры власти о Россию и захвата Европы целиком; осознание этого старыми европейскими элитами дезорганизует нападение на нас;
3. глубину и непримиримость противоречий между потенциально прокитайскими финансовыми спекулянтами Англии и антикитайским союзом американских цифровых и производительных капиталов; обе стороны искренне считают себя «кузенами» и категорически отказываются признавать экзистенциальный характер своего конфликта (хотя в открытой форме он длится более 10 лет);
4. социальную исчерпанность западной цивилизации в целом, выражающуюся полнее всего в демографическом кризисе и в общем вырождении Европы (90 % немецкой молодежи было наркотизировано еще 10 лет назад): западная цивилизация сложилась в рамках капитализма, а он исчерпал себя, и цивилизация соцплатформ, пусть и вырастает из западной цивилизации, имеет с ней мало общего, системно отрицая ее.

В итоге все зависит от нас. Если в ближайшие годы мы научимся вселять в Запад ужас (из-за его деградации важно не наше состояние, а производимый эффект), вместо нападения на нас Европа провалится в свои вечные забавы в стиле «А кому на самом деле принадлежат Эльзас и Лотарингия?» и «А почему Германия не доплатила Польше триллион евро репараций?».

Пока же ветер истории дует в паруса России, так как, пусть и имея меньшие и хуже используемые ресурсы, мы деградируем заметно медленнее своих как непосредственных врагов, так и стратегических конкурентов.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции