Отец передал президентство сыну, но остался у власти: кто управляет Туркменистаном

В 2022 году Гурбангулы Бердымухамедов отдал президентское кресло сыну Сердару, но из власти не ушел. Уже через год бывшего президента объявили Национальным лидером туркменского народа, а затем поставили во главе Халк Маслахаты — органа, решения которого обязаны исполнять в том числе президент, парламент и правительство. Получилась необычная система: сын формально может снять отца с одной из высших должностей, но сам обязан исполнять решения возглавляемого им совета. Теперь к этой конструкции добавился еще один вопрос: в 2026 году Сердар начал заметно активнее расставлять своих людей в правительстве и силовых структурах.

Отец отдал президентство, но не власть

Гурбангулы Бердымухамедов руководил Туркменистаном с 2007 года. За пятнадцать лет вокруг него сложился собственный культ личности: президента называли Аркадагом — «Покровителем», его выступления и инициативы превращались в государственные события, а имя постоянно связывали с достижениями страны.

В феврале 2022 года Бердымухамедов объявил, что пора дать дорогу молодым руководителям. Через месяц прошли досрочные выборы, на которых, по официальным данным, 72,97% голосов получил его 40-летний сын Сердар.

На первый взгляд произошла обычная передача власти преемнику. Но Гурбангулы не собирался становиться бывшим лидером в привычном смысле слова.

Сначала он сохранил руководство верхней палатой парламента. А в январе 2023 года политическую систему переделали уже под новую реальность: парламент снова сделали однопалатным, а Халк Маслахаты вывели в отдельный «высший представительный орган». В тот же день специальным законом Гурбангулы присвоили статус Национального лидера туркменского народа. Закон подписал его сын. Затем Сердар своим указом назначил отца председателем Халк Маслахаты.

Причем указ о назначении написан почти как государственная характеристика Бердымухамедова-старшего: там перечисляются его заслуги, мудрость, компетентность, организаторские способности и выдающийся опыт управления.

В итоге Сердар получил президентский пост, а его отцу оставили отдельную должность с большими полномочиями.

Отец возглавляет орган, решения которого обязан исполнять и президент

На бумаге высшая должность в Туркменистане по-прежнему одна — президентская. Сердар возглавляет государство и правительство. Но рядом существует Халк Маслахаты, которым руководит его отец.

В совет входят сам президент, министры, депутаты, глава Верховного суда, генпрокурор, представители силовых структур, региональных властей и общественных организаций. Он обсуждает важнейшие вопросы внутренней и внешней политики, государственные программы и законодательство.

Главное начинается дальше. Постановления Халк Маслахаты имеют обязательную силу на всей территории страны. Исполнять их в пределах своих полномочий должны президент, парламент, правительство и другие государственные органы. Изменить или отменить такое решение может только сам Халк Маслахаты.

Возникает парадокс: формально Сердар может снять собственного отца с должности, но пока Гурбангулы ее занимает, президент обязан исполнять решения возглавляемого им совета.

Есть и еще одна возможность. По поручению президента председатель Халк Маслахаты может осуществлять отдельные президентские полномочия. Закон отсылает к трем пунктам Конституции: руководству внешней политикой и представительству страны за рубежом, вручению государственных наград и присвоению званий, а также помилованию и амнистии. Самостоятельно забирать эти полномочия председатель совета не может — передать их ему должен президент.

И креслом председателя влияние Гурбангулы не ограничивается. Статус Национального лидера туркменского народа существует отдельно. Закон дает ему право обращаться к государственным органам с инициативами, которые те обязаны рассмотреть, выступать в парламенте и участвовать в обсуждении правительственных программ. Сам Бердымухамедов, члены его семьи и их имущество получили неприкосновенность, а государство обязано обеспечивать ему защиту и условия для работы.

То есть просто снять отца с поста председателя и тем самым превратить его в обычного пенсионера не получится. Для этого пришлось бы менять и отдельный закон о Национальном лидере туркменского народа.

Гурбангулы по-прежнему ведет себя как действующий политик

После передачи президентства Бердымухамедов-старший не исчез из государственных новостей. Он проводит встречи, председательствует на заседаниях Халк Маслахаты, принимает иностранные делегации и продолжает представлять Туркменистан за рубежом.

В мае 2026 года Гурбангулы приехал в Великобританию на Royal Windsor Horse Show и встретился с королем Карлом III и герцогом Эдинбургским. Британское правительство сообщало об этом именно как о визите Национального лидера туркменского народа. Для человека, который уже четыре года не является президентом, это весьма высокий уровень международного представительства.

Внутри страны его положение еще заметнее. Он возглавляет заседания Халк Маслахаты и остается постоянным участником обсуждения государственного курса. В официальной хронике Гурбангулы выглядит не как ушедший президент, а как один из действующих руководителей страны.

Но из этого еще не следует, что отец лично утверждает каждое решение сына или тайно управляет президентом. У Сердара есть президентская должность и полномочия, которыми он все активнее пользуется.

Сердар начал трогать самое важное — кадры и силовиков

Президент Туркменистана возглавляет правительство и является верховным главнокомандующим. Именно он назначает министров и руководителей ключевых силовых ведомств.

В 2026 году Сердар начал довольно масштабную перестановку. В январе новым начальником Государственной пограничной службы стал Иламан Иламанов. В феврале министром национальной безопасности назначили Довлетгельды Мередова. Менялись вице-премьеры, руководители государственных структур и региональные чиновники.

Это важно не потому, что любая кадровая перестановка означает семейный конфликт. В закрытой туркменской системе особенно важно, кто именно получает ключевые посты.

В октябре 2026 года исследователь Галия Ибрагимова в Carnegie Politika связала последние перестановки с попыткой Сердара убрать часть людей, оставшихся от отцовского периода, и собрать вокруг себя свою команду. Особенно заметны изменения в силовых ведомствах. При этом даже сама автор оговаривает: четко разделить туркменскую элиту на «людей отца» и «людей сына» сложно, многие чиновники работали при обоих.

Поэтому говорить об открытой войне Бердымухамедовых рано. Публично они демонстрируют единство. Гурбангулы поддерживает государственный курс, Сердар остается официальным главой страны и все активнее использует президентские полномочия.

Но прежняя формула «отец правит, сын только занимает кресло» уже слишком простая.

У Туркменистана теперь две вершины власти

После 2022 года в Туркменистане сложились два пересекающихся центра власти.

У Гурбангулы есть статус Национального лидера туркменского народа, Халк Маслахаты, аппарат, право вносить инициативы и участвовать в обсуждении государственных программ. Решения возглавляемого им совета обязательны и для президента.

У Сердара есть то, чего нет у отца: президентский пост, руководство правительством, командование вооруженными силами и право назначать людей, которые непосредственно управляют министерствами и силовыми ведомствами.

Пока эти два центра власти существуют рядом. Но чем самостоятельнее становится Сердар и чем больше ключевых постов занимают назначенные им люди, тем важнее вопрос, который еще несколько лет назад почти не возникал: где заканчивается влияние Национального лидера туркменского народа и начинается власть президента.

Система пока позволяет двум Бердымухамедовым одновременно оставаться наверху. Но отец и сын располагают разными инструментами, которыми могут ограничивать друг друга. Поэтому борьба, если она действительно начнется, может идти не за президентское кресло — оно уже принадлежит Сердару, — а за то, чьи люди, решения и институты будут определять, как этим креслом пользоваться.